37 глава

V. Из области тайн

Восклицание Земских при виде идола так было неожиданно для Блинова, что он даже вздрогнул.

- А разве вы знаете эту вещь? - быстро спросил он.

- Конечно. Этот Бурхан стоял еще вечером у меня на столе.

- Где?

- Вот тут!

Земских ткнул пальцем на место позади чернильного прибора у стены, к которой был придвинут стол.

- Давно у вас этот идол?

- Два дня.

- Как он попал к вам?

Блинов кидал свои вопросы, еще не зная хорошо, к чему они поведут, но он чувствовал, что с бурханом связано раскрытие тайны пропажи денег.

- Мне подарила его моя няня. Это старушка, живущая у нас в доме со времени моего детства.

- Как ее зовут?

- Ханахан Ербаева.

- Бурятка?

- Да.

- Любит она вашу семью и как вообще относится к вам лично?

- Она в семье живет как родная. Ссор у меня с ней никогда не было.

- Нет ли у нее родственников?

- Недавно объявился у нее родной брат, которого она считала умершим. Это старик лет за 60. Прочая родня у нее перемерла.

- Где же пропадал ее брат?

- Мельком я слышал от домашних и от самой Ханахан, что брат ее долго жил в Тибете, был даже в Индии.

- И долго он пропадал?

- Да лет 30, не менее.

Блинов, сидевший у письменного стола, задумался и барабанил пальцами правой руки по столу, начав оценивать полученные от хозяина сведения.

- Кажется, я попал на верный путь, - думал он. - Надо будет познакомиться и со старушкой Ханахан, и с ее братцем, побывавшим даже в Индии.

- Как зовут брата вашей няни?

- Бартас Ербаев.

- Он из какого ведомства?

- Харибятского.

Вдруг Блинов поймал себя на одной вещи: он разговаривал с хозяином, задавал ему вопросы, а глаза его то и дело обращались к идолу, который, казалось, поблескивая своей зеленой звездой во лбу и зелеными глазами, хитро подсмеивался над разговаривавшими около него двумя людьми.

- Вам этот идол очень нравится? - ни с того ни с сего спросил хозяин сыщика.

- Больно уже чудной он! Иной раз взглянешь на него и подумаешь, что это живой божок - Бурхан, значит. Он, думается, дорого стоит.

- Несомненно! - кивнул Блинов.

В это время у него мелькнула мысль: «С какой стати бурятка подарила такую ценную вещь хозяину? Это странно… Надо будет с Ханахан познакомиться поближе».

- Говорила вам что-нибудь Ханахан, когда дарила этого Бурхана?

- Ничего особенного. Сказала, что получила его от брата, а ей он, Бурхан-то этот, ни к чему. Она мне и отдала его. Вы спросили меня, нравится ли мне этот идол. Я, признаться, хочу его даже сбыть куда-либо. Он мне в первую же ночь приснился. Если на любителя, то за него хорошие деньги можно получить…

В Земских не преминул сказаться купец.

- Какой же сон вы видели? - шутя спросил Блинов, не придавая значения своему вопросу.

- Да этот идол, снилось мне, вел какой-то разговор со мной, всю ночь все в чем-то урезонивал меня. Но в чем, ей Богу, я уже не помню. Мало ли какая глупость приснится!

- Позовите-ка сюда Ханахан. Я хочу потолковать с ней.

Через несколько минут в кабинете хозяина перед сыщиком стояла толстая, жизнерадостная, опрятно одетая старушка, черты смуглого лица которой и узкие косые глаза ясно говорили о ее происхождении. Волосы у нее были совсем еще черные.

- Вы Ханахан Ербаева?

- Так точно, ваше благородие! - поклонившись в пояс, певуче проговорила Ханахан.

- Не скажете ли, Ханахань, где пропадал 30 лет ваш брат?

- В разных местах он побывал: у самого далай-ламы в Лхассе, может, лет 20 жил; сподобился лицезреть в Индии великих святых отшельников, которые ему много своей мудрости уделили. Теперь он сам великий лама, или, по нашему, по-бурятски, большой шаман.

Ханахан говорила о брате в каком-то экстазе восторга и путала в наивном невежестве понятия ламы и шамана.

- А где сейчас твой брат Бартас?

- Уехал домой…

- А разве он был здесь? - быстро и взволнованно спросил Блинов.

- Так точно, ваше благородие!

- Сколько времени он пробыл здесь?

- Три дня!

- Зачем он приезжал сюда?
- За покупками.

- Один он приезжал?

- Да разве великий лама может ездить один? Какой же ему будет почет от людей?

- Где он остановился?

- Бартас спал у меня, а свита с лошадьми останавливалась на постоялом дворе у Черемных на Малой Блиновской!

- Когда уехал Бартас?

- Утром. Он ворочался еще ко мне, чего-то искал - позабыл, должно быть, что-нибудь, да так и не нашел. Когда он ушел во второй раз, тут вот еще хозяин и денег хватился…

Блинов, не дослушав дальнейшего повествования Ханахан, опрометью кинулся на двор, где в это время появился отряд из трех казаков, вызванных им через хозяйского работника из части на всякий случай.

- Езжайте скорее на постоялый двор Черемных, что на Малой Блиновской, и если захватите там, то арестуйте старика-бурята с его товарищами - он остановился там. Если бурят уехал, то узнайте, куда он поехал, и дайте мне тотчас же знать.

Казаки вскочили на лошадей и поскакали со двора. Блинов вернулся обратно в комнату, где ожидали его хозяин и Ханахан.

- Скажи, Ханахан, не можешь ли ты мне объяснить, как могло случиться, что Бурхан, который ты подарила Павлу Григорьевичу и который вчера вечером, когда хозяин твой ложился спать, стоял на столе, сегодня утром очутился в саду, где я его и нашел?

- Не могу знать, ваше благородие, ничего не знаю! - испуганно проговорила Ханахан.

Выражение лица старухи-няни было при этом таково, что Блинов откинул прочь все подозрения на ее счет.

Ханахан была отпущена с миром.

- Ну что вы, Александр Матвеевич, удумали что-нибудь о краже? - обратился с вопросом к Блинову Земских, когда Ханахан выкатилась из его кабинета. Он все время допроса Ханахан просидел молча.

- Деньги похищены ее братом, это несомненно!

- Похоже на то, - согласился хозяин. - Но как он сумел это сделать?

- Я сам этого не понимаю!

Казаки скоро вернулись с постоялого двора - буряты, оказывается, уехали со двора еще накануне.

- Хитро все было подстроено, - задумчиво проговорил Блинов. - Верно, надо этим делом заняться как следует. Но это я отложу до завтра. Надо все обдумать и составить план действий. Сейчас что-либо начинать уже поздно.

Был уже вечер, когда Блинов кончил свое исследование обстановки кражи.

Попрощавшись с хозяином, усталый и расстроенный таинственностью преступления в доме Земских, вернулся Блинов на свою квартиру, унеся с собой вещественные доказательства воровства, в том числе и идола с зелеными глазами.

Ночью с Блиновым произошло нечто такое, что поставило его окончательно в тупик.

Блинов лег спать поздно ночью. Он сразу же крепко уснул, но под утро, как он потом рассчитал, сон его стал тревожным - его начал мучить кошмар: ему казалось, что в его кабинете, где он спал в эту ночь на турецком низком диване, вошел оживший и принявший колоссальные размеры черный идол с зелеными глазами и такой же звездой во лбу.

Усевшись на полу около дивана на подвернутые ноги, идол, улыбаясь своей вечной улыбкой, заговорил с Блиновым на чистом русском языке:

- Великие цели требуют великих средств. Одним богачом больше, одним меньше - разве это может что-либо изменить в общем ходе вещей? Ты живешь, к чему-то стремишься, чего-то ищешь, но чего, этого ты не знаешь и сам. Вы считаете себя здесь владыками, но разве ты знаешь, что случится с тобой через час? Где же и в чем твоя власть? И что ты можешь со мной сделать? Тебе ли и другим недавним пришельцам с Запада бороться со мной, пережившим здесь уже несколько человечеств?

- Чего тебе нужно от меня? - прохрипел недвижно лежавший и обливавшийся холодным потом Блинов.
- Зачем ты гонишь моего слугу Бартаса Ербаева? Не тебе и твоим соплеменникам поработить душу народов моей страны! Ты уже теперь смущен и расстроен, но ужас войдет в твое сердце и заполнит твой ум, когда ты приблизишься к тайнам, которые тебя уже сейчас страшат и которые никогда не будут тебе ведомы… Помни и страшись этого!

Блинов сделал усилие и проснулся - кошмар исчез. Но Блинову показалось, что грозная тень черного с зелеными глазами идола быстро продвинулась к двери его комнаты и скрылась за ними.

Вещественные доказательства преступления в доме Земских были оставлены Блиновым в части, в числе их и идол из черного дерева.

Когда утром Блинов явился на службу, то идола в шкафу, куда он его поставил на полку, уже не нашел!

Продолжение следует.