31 глава

Английские блины

Продолжение 

У разбитой и обожженной молнией сосны Пашенных тихо свистнул. Из кустов немедленно появился Вахрамеев.

Они поздоровались.

- Что случилось-то? – спросил Пашенных урядника.

- Не приведи Бог, что случилось! – проговорил с огорчением Вахрамеев, начиная свой рассказ про неожиданное открытие, сделанное исправником.

Пашенных, слушая его, не верил своим ушам, но переданная от исправника записка, в которой значилось кратко: «Твой Ванька - переодетый иркутский пристав. Во всем доверься Вахрамееву», - рассеяла все сомнения.

- Что же нам с ним делать? – глухо кинул Пашенных уряднику, когда тот кончил свой рассказ.

У переносья на лбу хозяина появилась складка, глаза злобно засверкали под насупившимися бровями. Вахрамеев видел, что у Пашенных уже был готов ответ на поставленный вопрос.

«Пришить!» – сразу, как и Бредицкий, решил Пашенных. Вахрамеев угадал его мысль.

- Нет-нет, исправник приказал сохранить Блинова целым и невредимым. Нам надо его только заарестовать и потом продержать в тюремке, пока вы все свои дела не прикончите.

- Почему же исправник так настаивает на охране Блинова.

- Да прочему начальству известно, что Блинов находился под арестом здесь, на прииске. Кроме него тут еще были сыщики. Они-то и донесли обо всем, что касается Блинова. Но обо всех делах наших знает, видимо, только Блинов. Иначе бы дело было повернуто совсем на другой лад.

- Ну что ж, арестовывайте его, коли иначе никак нельзя упрятать этого духа. Дела только жаль, кончать с ним придется.

- Да уж не иначе, - согласился Вахрамеев.

- Негожее это дело - оставлять его в живых! – с сердцем заметил Пашенных.

Вахрамеев ничего на это не сказал.

- Вы, однако, не ходите сейчас в зимовье. Я с казаками паду на лошадей и в секунду все дело обварганим. А потом уж и вы можете явиться.

- Ладно!

Пашенных скрылся в лесу. Вахрамеев, для своих казаков официально ушедший на разведку, вернулся к месту их стоянки. Через несколько минут на тропинке, ведущей к зимовью, раздался дробный топот копыт. То Вахрамеев с провожатыми сказал арестовывать Блинова.

Блинов, вернувшись с охоты и напившись чаю, забрался на повет, где и залег спать на сене. От глубокого сна его пробудили толчки и сердитая брань.

- Вставай, ишь дрыхнет, сволота!

Блинов вскочил на ноги.

- Чего тебе нужно, - резко спросил он казака, усердно толкавшего его ногой в бок.

- Да тебя нужно, вот чего! Слезай с повети, пойдем!

- Куда?

- К уряднику, к кому же больше!

Блинов, уже отвыкший от мысли быть арестованным, ничего не понимал в происходящем. Когда его свели к стоявшему во дворе Вахрамееву и предъявили постановление исправника, он вспылил и заругался.

- Да вы, обормоты, чего деретесь то! Сказано арестовать – арестовывай, а зачем же ногами бока-то отбивать?

Казаки молчали в ответ на его ругань и только злобно сверкали глазами. Они считали Блинова главной причиной всех их злоключений во время погони за ним и готовы были придраться к каждому слову, чтобы сорвать на нем злобу.

Вахрамеев строго прикрикнул на казаков.

- Вы, ребята, понапрасну человека не обижайте. Храните его как зеницу ока. Станет убегать – тогда клади месте, а так и пальцем не трогай! Слышите?

- Так точно, слышим, господин урядник, - отвечали оба спутника Вахрамеева.

Пальцы у них сами собой сжимались в кулаки.

Блинов попытался разузнать у Вахрамеева причину своего ареста. Сухой язык постановления ничего не говорил ни уму, ни сердцу иркутского сыщика.

- Вы за что же берете-то меня? – спросил Блинов урядника.

- За дело, должно быть, - нехотя отвечал тот.

- Да я ничего и не сделал.

- Про то начальство знает, а мы люди маленькие, нам только в пору исполнить то, что прикажут! Нам не до размышлений! За побег, однако, их тюремки, не иначе. К господину исправнику приезжал урядник Верещагин. Опосля этого нас и послали искать тебя!

Блинов, конечно, не верил объяснениям Вахрамеева. Он видел, что тот хитрит, и сразу понял, что выпытать больше сказанного уже не удастся. Глаза Блинову на все открыл случай.

Когда по приказу Вахрамеева сыщика поместили под присмотром обоих казаков в отдельной горнице, один из стражей, вознегодовав на невозмутимое отношение Блинова к аресту, не выдержал и заметил:

- Ну и гусь же ты, братец, как я погляжу! Много делов у тебя, видимо, накопилось, что начальству пришлось посылать за тобой духов даже в тайгу.

Блинову не надо было повторять дважды того, что было сказано казаком. Картина ареста вырисовывалась сыщику во всей своей полноте. «Мои товарищи, черт бы их побрал, видимо, струхнули и доложили по начальству обо всем увиденном и услышанном ими в тайге. А оно забило тревогу и приказало горному исправнику освободить из-под ареста полицейского чиновника такого-то, командированного на прииск со специальным поручением. Словом, все проделано как водится и полагается. Ах, чтоб вас всех сатана побрал… - так думал и ругался про себя Блинов. – Исправник же, сразу сообразивший, что я за птица, решил, чтобы замести свои следы, Пашенных и сотен других людей, просто-напросто заарестовать меня, благо предлог есть. Не дурак, мужчина, есть ум. Ну посмотрим, кто кого».

Пашенных, вернувшийся из лесу, сделал вид, что изумлен арестом своего приказчика, и немедленно выразил Ваньке Махни-Драло свое сочувствие.

- Не тужи, парень, выручим тебя! – говорил он Блинову. – Ошибочка, видно, какая-то вышла, долго под замком сидеть не будешь!

«Издевается, каналья», - усмехнулся в усы ежиком Блинов.

- Да полагать надо, выпустят меня скоро, держать-то в общем не за что, - загадочно проговорил он, поддакивая Пашенных.

- Я сейчас же пойду на резиденцию к исправнику и настою на том, чтобы тебя освободили, - энергично проговорил Пашенных, отдавая приказ седлать лошадей.

«Заметать следы торопишься», - подумал Блинов.

Через час Пашенных со своими казаками бодрой рысью отдохнувших лошадей ехали от зимовья «Грешники в аду» в резиденцию горного исправника. Он думал о том, как бы половчее ликвидировать свои дела.


К вечеру из того же зимовья к ближайшему прииску потянулась кавалькада, состоявшая из Блинова со связанными руками за спиной, двух казаков, ведших по очереди лошадь Блинова в поводу, и Вахрамеева.

Блинов обдумывал план, как бы поскорее и половчее сбежать из-под стражи.

 

Продолжение следует.